Отдельно отмечу шутки про голубой период Пикассо и бордовый халат. Если это и реализм, то такой же, как прежде, по-михайловски поэтичный, магический, лояльный к мечтателям. Сам Роман в чаплинском образе несуразного человечка с прыгающей походкой и в шляпе этот реализм вертел перед зрителем, как колоду карт.
ПодкастЧем живет российское кино? Репортаж с фестиваля «Маяк»
Тусовку в начале фильма можно сравнить с кислотной вечеринкой Гаспара Ноэ («Экстаз»), а главных героев — с травмированными бунтарями Гаса Ван Сента («Слон»). Добавьте бессмертный рецепт гармонии по версии Алексея Балабанова («найти своих и успокоиться») — получится непревзойденный, объемный портрет подростков, которым трудно не сопереживать. Вторая режиссерская работа Любови Мульменко, как и все ее предыдущие картины (включая те, над которыми она работала в качестве сценаристки), не укладывается ни в одну из тех схем, по которым действует современный российский кинематограф. Шоураннеры Женева Робертсон-Дуорет и Грэм Вагнер под присмотром продюсеров Лизы Джой и Джонатана Нолана не экранизируют конкретную часть Fallout, а кропотливо воссоздают дух серии.
«Каникулы»
Зима не обязана быть вечной, а слово пацана давать не нужно. В силу возраста я не стал в детстве фанатом Лунтика (ну родился и родился), и меня всегда раздражала кислотная палитра сериала и его блаженный главный герой. Тем удивительнее, что просмотр полнометражного мультфильма — один из лучших киноопытов этого года, хотя к условному три-дэ-стилю и пришлось привыкать первые 10 минут. Будущее детдомовцев загадочно и туманно, поэтому энергия существования есть для них только в настоящем. По-другому у ребят не получается — их никто так и не научил иначе смотреть на белый свет.
Российский сай-фай — жанр еще в большей степени проклятый, чем российский хоррор. И это при том, что в СССР фантастика была и самым дефицитным, и самым востребованным, и самым урожайным литературным жанром. Советские писатели-фантасты удачно пересаживали экстраординарное на бедную советскую почву, и повседневные реалии вроде НИИ, юннатов и планов построения коммунизма удачно лучшие книги билл вильямс соединялись с самыми невероятными приключениями и технологиями. Космоопера, вдохновленная повестью Кира Булычёва, не верна ни букве первоисточника, ни духу всенародно любимого телефильма.
Оказывается, здоровые отношения в кино могут развиваться стремительно и без драмы, а для их прочности иногда достаточно поделиться с партнером своими тревогами. Для фанатов — настоящий праздник, для новичков — отличный способ познакомиться с неординарной медиафраншизой. Во-первых, авторы склоняются скорее к атмосфере поздних, более легковесных игр. Это так, но поклонники пыльно-ржавого постапока могут догнаться сериалом «Укрытие».
Главное сегодня
Второе замечание — после финала хочется поскорее запустить какую-нибудь Fallout, но четвертая часть выходила в далеком 2015-м, а к разработке пятой еще даже не приступали (по слухам, она выйдет не раньше 2030-го). Для меня это не просто сериал, а чистый акт искусства. В «Рипли» нет ни единого кадра, который нельзя было бы поставить на паузу, распечатать и выставить в музее! Опыт, абсолютно полярный просмотру не менее любимой и отчаянно-солнечной экранизации с Джудом Лоу и «Tu vuò fà l’americano».
Кредит доверия первому сезону пока распространяется и на второй. Это все еще крепкий антиутопический сай-фай, за укладом жизни в бункере интересно следить, но хочется больше динамики. Пока все тянет на себе Ребекка Фергюсон в главной роли. Получилось идеальное комбо ностальгии и прогресса, комедии и драмы, сочнейшего экшена и классической иксменовской мыльной оперы. Спасибо, «Радиоактивные люди ’97», за напоминание о том, как каша дома пахнет.
Это история о странном деревенском парне Лёше (Максим Стоянов), который ищет и находит встречи с пришельцами. Напротив, тут инопланетное вписано в привычные русскому глазу заснеженные леса, сельский китч (наш герой находчиво создает его из собранных по пути элементов мусора) и сердобольность в парадоксальном сочетании с ксенофобией. А потому верится, что инопланетянином оказывается каждый, кто не понят окружением и запутался в собственной нерешительности.
Лучшие зарубежные сериалы — 2024: выбор Кинопоиска
- Тем удивительнее, что просмотр полнометражного мультфильма — один из лучших киноопытов этого года, хотя к условному три-дэ-стилю и пришлось привыкать первые 10 минут.
- И что особенно классно, эта дичь убедительно укладывается в характеры героев.
- За этим невероятно увлекательно наблюдать, и очень радостно, что сериал продлили на четвертый сезон.
- Во вселенной фильма Лёше выдается возможность выбрать между привычным земным или таинственным инопланетным.
- По-другому у ребят не получается — их никто так и не научил иначе смотреть на белый свет.
- Тусовку в начале фильма можно сравнить с кислотной вечеринкой Гаспара Ноэ («Экстаз»), а главных героев — с травмированными бунтарями Гаса Ван Сента («Слон»).
Вот ценности, которые не поставишь на кон, а значит, и не проиграешь. Пожалуй, это лучший вход в пространную фильмографию режиссера. Собственно, фигура отца тут центральная, а суровый Робак вновь после «Снегиря» играет вредного наставника, чьи советы косвенно становятся причиной гибели интеллигентного юноши. Впрочем, на этот раз робаковский герой к финалу позволит себе чувствовать, рефлексировать и любить. Кажется, Ларионов настроен оптимистичнее, чем Хлебников или, скажем, Звягинцев в «Нелюбви».
- Это так, но поклонники пыльно-ржавого постапока могут догнаться сериалом «Укрытие».
- С 85 млн рублей, собранными в прокате, «Огненный лис» стал самым кассовым российским неигровым фильмом.
- Ржавеют повисшие над Землей шары-космолеты, их пассажиры — неприкаянные биопоги-Виталики покорно сдают в таких же ржавых НИИ.
- Для фанатов — настоящий праздник, для новичков — отличный способ познакомиться с неординарной медиафраншизой.
Фильмы ранжированы и расположены в порядке убывания набранных голосов, а критерии оценки абсолютно субъективны. Драматически надрывный «Воздух» и документальный триллер «Огненный лис». Авторы и редакция Кинопоиска вспоминают 15 главных российских фильмов уходящего года.
Во вселенной фильма Лёше выдается возможность выбрать между привычным земным или таинственным инопланетным. А вот в нашем случае лучшее предновогоднее чудо, которое может случиться после просмотра «Пришельца», — готовность понять и принять пришельца в себе и своем ближнем, чтобы никому не приходилось искать другую планету. В новом сезоне «Настоящего детектива» получилось хорошее постмодернистское переосмысление канонов скандинавского нуара с оглядкой на его лучшие образцы, где действовали «аутичные сканди-копы» Сага Норен и Сара Лунд. Здесь тоже главные — женщины-копы, которые сражаются с косным мужским миром. Да еще какие — Джоди Фостер просто сияет на экране, причем совершенно не таким блеском, как у Клариссы Старлинг.
«Фарго», 5-й сезон
Чемпионка по боксу Кали Реис при этом вовсе не теряется на фоне именитой напарницы. Но главное — сумеречная атмосфера какой-то роковой тайны, которую сезону удалось создать и донести до самого финала. Даже у аутентичных сканди-нуаров это не всегда получалось. В касте третьего сезона появляется Кит Харингтон в роли стартапера (кстати, лучшая роль бывшего Джона Сноу), но «Индустрию» все еще смотрело возмутительно малое количество зрителей. И очень зря, потому что это тот редкий случай, когда каждый новый сезон лучше предыдущего, а последний эпизод и вовсе сводит с ума.
В своих «Контактах», построенных на руинах советской космоутопии, Дмитрий Моисеев продолжает эту традицию. Собственно, обветшалый НИИ, в котором из ликворов неразумных пришельцев добывают дорогостоящий (на черном рынке) фуфломицин, становится центральной локацией этой черной, сумрачной, совершенно постперестроечной по духу (и бюджету) драмы. Советская интеллигенция в 70–80-х ждала контакта с внеземной цивилизацией, как вызова в Израиль. Осуществившийся в 80-х контакт выглядит таким же разочарованием, как и ее встреча с реальным Западом в эмиграции и реальным капитализмом тогда же. Народные волнения, портреты первых лиц в обнимку с гуманоидами, страхи и надежды — все это кончилось ничем. Ржавеют повисшие над Землей шары-космолеты, их пассажиры — неприкаянные биопоги-Виталики покорно сдают в таких же ржавых НИИ.
По крайней мере, его у тебя точно никто никогда не отнимет. Героини говорят не всегда внятно и связно, тонут в фирменном германовском дымке, по пятам за ними следует всегда внезапная смерть. В этом странном лимбе кто-то бесследно покидает кадр и больше никогда в него не возвращается — остается только гадать, что же стало с этими людьми. На общем фоне выделяются Анастасия Талызина — уже не восходящая, а без пяти минут самая настоящая звезда — и, внезапно, очень тихий и сдержанный Сергей Безруков, который заставляет всех вспомнить, что он вообще-то актер широкого диапазона. Создатели наделяют свою мрачную историю душой, делая ее объемной и живой, но только для того, чтобы вытащить ее наружу и разбить на наших глазах, расплескав сотни литров крови.
